ВСЕТАТАРСКИЙ НАРОДНЫЙ СОБОР


Не в силе правда, а в правде сила!







НАЦИОНАЛЬНАЯ

ИДЕНТИФИКАЦИЯ ТАТАР























КАЗАНЬ 2008



Существует ли татарская нация?


В статье «Национальная независимость» была затронута проблема нацио-нальной идентификации татар, дающих им право на обретение национальной независимости. Но отсутствие консолидирующей национальной идеи и нацию организующих структур в территориально-экстерриториальном аспекте, со всей остротой ставит проблему о самом существовании татарской нации.

Такая постановка вопроса может вызвать определенное недоумение у «патриотично» настроенной части татар, лишь на дилетантском уровне представляющих сущность таких фундаментальных понятий, как татарская национальная идея и национальная идентичность татар. Согласно этим понятиям сегодня не существует ни татарского народа, ни татарской нации. По сути, мы сегодня имеем национальный распад до атомарного уровня с полным развалом института семьи, родовых и племенных союзов.

Но, прежде всего, надо дать некоторые определения этим понятиям.

Согласно классическим представлениям нация является социально организованной (с единым национальным органом управления) этно-духовной общностью, имеющей единую историческую территорию происхождения («землю обетованную») и идентифицируется (территориальным или экстерриториальным) общинным самоуправлением, а народ представляет территориально организованное гражданское общество с определенной доминирующей национальной матрицей и обычно идентифицируется с понятием государства, как высшей социальной организацией общества.

Как видим, татары не отвечают этим требованиям и не могут называться нацией. Хотя в этом смысле нацией не являются и русские, чего начали осознавать их идеологи и занялись своей национальной идентификацией.

По этой же причине татары не могут называться и народом, т.к. вот уже более четырех с половиной веков не имеют свою социальную организацию в форме государственности или хотя бы федеративного суверенитета. Форма автономии советского типа или постсоветский суверенитет, которые не имели и не имеют национального лица, практически ничем не отличаются от других территориальных субъектов Российского государства и служат лишь инстру-ментом расчленения татарского народа как единого национального субъекта. Русские могут называться народом в силу того, что имеют свою социальную организацию в форме Российского государства. Татары до Октябрьской рево-люции могли еще называться нацией в силу их традиционной привязанности к этническим территориям Идель-Уральского региона и наличия национальной организации в форме Духовного управления мусульман России, которое объе-диняло четыре тысячи территориальных приходов (мехелле), ведущих самосто-ятельный образ жизни хотя бы в сфере религии, просвещения, экономики.

Но вот уже более 90 лет мы не имеем ни социальной, ни национальной организации татарского народа, из-за чего происходит его атомарный распад.

Этому процессу способствует и новая национальная доктрина России, согласно которой все нерусские российские нации (в том числе и татары), рассматриваются этнической группой российской гражданской нации, идентифицируемой русской, наподобие, английской, французской, немецкой и т.д. Если посмотреть на эту проблему формально, то она даже не противоречит, так называемым, международным нормам. На это указывает сам принцип соз-дания ООН, как организации объединенных нацией, образующих государства. Другие же нации, проживающие в этом государстве, но не имеющие государственный статус, автоматически становятся этническими группами го-сударствообразующей нации. В этом смысле не имеет правовое значение меж-дународная декларация «о праве наций на самоопределение». Ибо мало кто из них имеет свою национальную самоорганизацию. Именно поэтому любые по-пытки обретения этническими группами собственной национальной государст-венности на основе этого декларируемого права рассматривается государство-образующей нацией, особенно его правящей верхушкой, сепаратизмом, пред-ставляяющим угрозу целостности государства. Декларация о праве наций на самоопределение может обрести реальный смысл лишь тогда, когда для сопер-ничающих сил складывается действительная или мнимая возможность ослаб-ления соперника вплоть до разрушения его национального государства1.

Именно из таких позиций, формально не противоречащих международ-ному праву, преобразуется нынешняя Россия в государство русской нации. И, из этих же позиций вырабатывается ее национальная идентичность.

Очевидно, высокая активность русской интеллектуальной элиты в поиске эффективной национальной идеи вызвана кризисным состоянием российского общества, основными показателями которого являются развал мировой социа-листической системы, распад СССР, угроза распада России, вызванная внеш-ним управлением и центробежными сепаратистскими тенденциями и, наконец, ухудшением демографической ситуации, инициированным синдромом распа-да, приведшим в депрессивное состояние российское общество.

Русский народ как бы повторяют цикл распада татарской имперской нации в той же последовательности: развал империи Чингисхана, распад Золотой Орды и, наконец, разрушение Казанского ханства, приведшие к потере татарами своей национальной идентичности. Именно этот процесс хотят остановить русские. Не нам ли татарам не понять эту обеспокоенность.

Но большинство русских не желает признать, что славяно-православная социальная матрица, которая в настоящее время доминирует в России, пришла на смену тюрко-мусульманской социальной матрице в результате покорения Московией (так называлось Русское государство в 16-17 веках) тюрко-угорских земель от Итиля до Татарского пролива, составляющей ее этический базис. Недаром говорится, что поскреби русского, в нем обнаружишь татарина. Поэтому, русским вряд ли удастся избежать распада, если и дальше будет идти процесс деформации их этноорганизующего ядра, достигшего критического состояния рыхлости за счет ассимиляции нерусских народов, имеющих иные этно-духовных матрицы, составляющие совокупность их духовно-нравственных и этнокультурных ценностей, исторически сформировавшихся на определенном экологическом ландшафте («земле обетованной»). Эти ценности названы академиком Сулакшином цивилизованным потенциалом нации.

Именно ассимиляционные процессы привели к разрушению цивилизованных потенциалов не только «инородцев», но и самого русского народа. К сожалению, идеологи русской идентичности пытаются формировать этот потенциал не столько за счет реабилитации собственной этно-духовной матрицы, сколько за счет разрушения этно-духовных матриц нерусских народов с целью их интеграции в некую русскую гражданскую нацию.

Естественно, такая нация не будет ни единой, ни монолитной, ни патриотичной и не будет уважать ни себя, ни других, ни свих вождей. Она может состоять из подданных, рабов, но не хозяев своей судьбы, своей доли, что может привести к атомарному распаду не только нации, но и самой России.

Поэтому главной бедой России была и остается упорное и агрессивное разрушение этно-духовных матриц ее народов, происходящих вот уже более пяти веков по замыслу чужеродных адептов внешнего управления. Отсюда следует вывод, что татарская нация (между прочим, и русская) может претендовать на существование только при восстановлении своей этно-духовной матрицы, привязанной к итиль-уральскому этно-экологическому ландшафту («земле обетованной») с единым центром консолидации в форме Татарской республики, дающий ей возможность формироваться и как народ.

Но прежде чем приступить к изложению сущности татарской национальной идеи и определению структуры национальной идентификации татар и формированию на их основе цивилизационного потенциала татарской нации, рассмотрим некоторые причинно-следственные факторы разрушения этно-духовных матриц народов края, определяющих этот потенциал.


Кто разрушил «Святую Русь»?


Более 500 лет русская история базируется на концепции разрушения «Святой Руси» татаро-монгольскими захватчиками. И никакие другие доводы, оспаривающие эту концепцию, во внимание не принимаются, т.к. ее авторами являются потомки тех варягов, которые являются создателями «Святой Руси» за счет порабощения свободных славянских племен северо-восточной Европы.

Об этом пишут многие добросовестные исследователи российской истории, у которых еще не иссяк дух свободного прошлого. Именно таким видит историю нашей страны и ее порабощенного народа и Вагиз Абраров в своей книге «Тайны исцеления»2. Ниже приводим некоторые выдержки из нее.

«Никто и никогда в русской истории не пытался объяснить, почему это «благородные князья» Киевской и 3алесской Руси, происходящие от высокодуховных и мирных восточнославянских предков, вдруг став такими кровожадными и свирепыми, начали разорять и уничтожать свой народ, затем в слепой ярости беспо­щадно вырезать друг друга. Счастливая ведическая страна восточных славян, стоявшая духовно выше всей цивилизации того времени, имевшая высокие эталоны и Божествен­ные ценности, расположенная на территории современной Западной и Цен­тральной России, в VIII веке огнем и мечом была оккупирована североскан­динавскими военными формированиями Центральной и Северо-Западной Европы. Мирные восточные славяне за­щищались героически, но силы были слишком не равны.

Пять тысяч лет назад у этих людей уже была государственность и мирная, направленная исключительно на процветание, форма народовлас­тия. Жизнь у восточных славян, занимавшихся охотой, рыболовством, животноводством, ремеслами, развивалась спокойно и гармонично. Главной ценностью варягам виделся сам трудолюбивый, мирный и доб­рый народ. «Гости» уже давно считали добрых и трудолюбивых древлян своей собственностью, гораздо более ценной, чем меха, мед или пенька.

Бесхитростным и доверчивым древлянам «гости» объяснили, что они обя­заны сдать все запасы из своих амбаров. От­дать снедь, меха, шкуры, а также каждую вторую женщину как для услады своих господ и продажи на невольничьих рынках. Однако они явно переоценили силу своего «обаяния» и силу своих мечей, поскольку были практически все перебиты. Плененный Игорь был привя­зан к деревьям, и разорван. Но вслед за этим с Балтики пришли целые флотилии для захвата сказочных славянских земель. И запылали города и городища, и полноводные реки понесли сотни трупов в моря, и побежал из пылающих лесов человек и зверь. Захваченные врасплох чудовищной агрессией, славяне стали оказывать яростное сопро­тивление, усиливающееся с каждым днем. Огромная регулярная армия северной и центральной Европы ме­чом и огнем расчищала место под фундамент для сколачивания ра­бовладельческого государства, названного Киевской Русью, а затем и более расширенного, названного много позже Россией. Жесточайшая война, которой суждено было никогда не кончиться, раз­горалась с каждым годом, с каждым десятилетием. Народ, не забыв веро­ломства бандитов, не принял порядка по чуждому образцу, стремясь вер­нуться к Божественному, ведическому укладу «доваряжского периода».

Все эти так называемые князья были прямыми потомками оккупантов из военизированных бандформирований скандинавов. Но, осваивая славянскую землю, свирепые и жадные норманны сцепились между собой. Жестокая и хитрая Византия, надеясь получить свой кусок соблазнитель­ного славянского пирога, предложила проверенную веками идеологию во­сточного христианства3, которая, уничтожив язычество4, могла бы объединить всех под лозунгом: «Рабы, подчиняйтесь господам своим». Первые монастыри, фактически идеологические отделы властей, выдали «Повесть временных лет», где пытались закрепить тезис, что славяне, не способные к государственному управлению, сами пригласили «варягов». Правьте нами, «страна у нас большая- порядка только нет»5.

В новом государстве, названном Киевской Русью, славянам отводилась роль бесправного рабочего скота и расходного материала. Однако народ не примирился с захватчиками и это государство уже в XII веке развали­лось.

В опустошенном сознании удельных «князей», потомков косматых бан­дитов в рогатых шлемах остались только звериные ин­стинкты грабежа и самосохранения. Именно поэтому мельчавшие и враж­дующие княжества северной Залесской Руси под управлением завоевателей в XII-XIII веках не составляли единого государства, а населявшие их племена славянского происхождения не были единым рус­ским народом.

На огромной территории, отведенной народности, имеющей важ­ную провиденческую миссию в масштабе всего вселенского государ­ства6, единым руководителем которого является Сам Господь, произошла огромная задержка в организации государственности и развития на­родности. Для ее исправления Провидением были органи­зованы и ниспосланы монголы, с целью объединения Руси и ускорения ее развития. В результате этого «нашествия» с Востока, монголами было создано единое и сильное государство. Затем произошло его укрепление и в XV-XVI веках наступил расцвет Московской Руси. Однако глубокое внедрение в сознание порабощенного народа необхо­димости постоянной защиты от смертельной опасности со стороны уже потомков «князей»7 привело к продолжению войны, в которых потомки князей, в первую очередь, истребляли свой, им ненавистный народ силами противника. В Московском государстве богатели только царские чиновники, которые были при казне и пользовались ею. Иностранцы удивлялись изобилию царских сокровищ и замечали крайнюю нищету на­рода.

Глубинная народная память граждан оккупированной и разрушенной стра­ны помнила о доваряжском, ведическом укладе жизни, сохранившемся несмотря на прошедшие шесть веков в ска­заниях, песнях и плачах, за публичное исполнение которых полагалась смер­тная казнь.

Скандинавский род Рюриковичей в течение 600 лет пытался жестокими методами покорить эту неведомую им страну. Однако в этой бесконечной войне варяжский род сам фактически погиб в неутихающем пламени пожара. Рюрико­вичи уступили московский трон прозападной династии Романовых, оставив им в наследство созданные ими самими проблемы отношений с народом и разгоравшуюся, как неугасимый лесной пожар, войну.

Таким образом, российские власти, разве кроме короткого периода цар­ствования Николая II, продолжали править своим народом беспощадными оккупационными методами, разработанными буйным и злым варягом Ива­ном Грозным и не менее свирепым и яростным, Петром I. Практичный Запад по сей день продолжает рассматривать Россию как дешевую кладовую минеральных, ресурсов и дер­жательницу расходного человеческого материала.

Таким образом, счастливая страна с высочайшей культурой, жившая по Божьим заветам еще в VIII веке, была порабощена силами Планетарного демона, как лаборатория для отработки темных технологий с целью объе­динения уже всего человечества Земли под абсолютной тиранией антихри­ста. С тех пор каждый век под давлением обстоятельств и времени менялось лицо власти, абсолютно не затрагивая его тиранической сущности.

Пока мы не начнем молиться Господу и расти духовно- не будет мира, счастья, достатка в семье и стране. «Реформаторы», приватизаторы, «се­мьи» из корпуса внешнего управления Россией могут вывезти на дело создания дьяволочеловечества еще десятки миллиардов, но бетон в одномерном мире для вмуровывания их душ на дне Галактики уже замешан и ждет их».

Значит, модель разрушения единого духовно-экологического ландшафта славянских, угро-финских и тюркских народов была заложена еще в VIII веке кровожадными варягами, которые в X веке для придания святости своим разбойничьим деяниям обосновали «Святую Русь» на базе византийского христианства, давно ставшего духовным приказчиком имперской власти.

Наверное поэтому в современном русском человеке выработалось двойственное сознание: природная доброта, сохранившаяся в глубоком подсознании с ведических времен, и бессмысленная агрессивность, наследованная от варягов (отчасти и татаро-монголов, проявивших жестокость при подавлении сопротивления захватчикам всех коренных народов края).

Но все же наибольшей деформации подверглась этно-духовная матрица русской нации после открытия «окна в Европу» и приобщения к римско-византийским ценностям. Это объясняется тем, что тюркская, угрофинская и славянская этнодуховные матрицы все же составляли единый духовно-экологический ландшафт Евразии (серединных земель), исторически сложившийся в результате длительного совместного проживания угрофинских, тюркских и славянских этносов, которые после распада империи Чингисхана создали свою социальную организацию в форме Золотой Орды (Великого Иля) на базе этносовместимой тюрко-мусульманской социальной матрицы.

Но взятие в 1453 году тюрками-сельджуками Константинополя (нынешнего Стамбула) и разрушение Византийской (Восточно-Римской) империи оказали негативное воздействие на дальнейшую судьбу населяющих ее евразийских этносов. Дело в том, что многие византийцы, особенно потерявшие власть высшие чины империи и иерархи Константинопольской православной церкви, устремились в «единоверную» Московию с реваншистской целью превращения «Святой Руси» в «Третий Рим» в качестве наследницы Рима и Константинополя. Так появилась имперская идея «Москва– Третий Рим», щекотавшая честолюбие московских правителей. Значимость этой идеи повышалась по мере ослабления Золотой Орды- Великого Иля, на наследство которой давно претендовала Москва.

«Москва- Третий Рим»- политическая теория 15-16 веков обосновала историческое значение столицы Русского государства- Москвы как всемирно-политического и церковного центра. Московские цари провозглашались преемниками римских и византийских императоров. Сформулирована она в письмах Филофея великому князю Василию III Ивановичу (1479-1533), сыну Ивана III, который завершил объединение Руси вокруг Москвы, подчинив Псков (1510), Смоленск (1514), Рязань (1521)8. Если учесть, что Иван III еще в 1478 году разрушил Новгородскую Республику и присоединил его к Москве, то Москва к середине 16 века уже была готова к имперскому развитию.

Так призванные «на правление» Русью викинги в угоду своим амбициям уничтожили национальные (этно-духовные) самоорганизации восточных славян и подготовили почву для византийской, а затем и западной экспансии. При этом важно отметить, что викинги– это не славяне, а участники морских торгово-грабительских и завоевательских походов в конце 8– середины 11 вв. в страны Европы, т.е. пираты. На Руси их называли варягами, а в Западной Европе– норманнами. В 9 в. они захватили Северо-Восточную Англию, в 10 в. – Северную Францию (Нормандию). Достигли Северной Америки. Это говорит о том, что предками народов Европы и Северной Америки были, в основном, викинги, порожденные социальным расслоением общества9. Именно они в поисках своего счастья «осваивали» чужие территории, на которых затем, остепенившись, отмывшись от разбойничьей грязи, основали современную западную цивилизацию во всем своем блеске и «благородии».

Именно таким образом в 16 веке происходило «открытие» Америки беглецами и разбойниками из Европы при корыстном покровительстве царствующих корон и иерархов римской католической церкви. На Руси по их примеру действовали ушкуйники (ушкуй– речное судно с веслами)- члены вооруженных дружин (по современному, бандформирований), сформировавшихся еще в 14-15 веках боярами в Новгородской земле для захвата колоний на Севере и торгово-разбойничьих экспедиций на Волгу.

Попытка «византийской» партии осуществить проект «Москва– Третий Рим» была предпринята митрополитом Даниилом еще при Иване III. Но Иван III не посмел пойти на опасный конфликт с тогда еще сильным Казанским ханством. Да и население тогдашней Московии, жившей в добром соседстве с другими народами края не одобряло амбициозные цели непрошеных пришельцев. Давление же на Василия III со стороны византийских церковников (Максим Грек и др.) тоже не увенчалось успехом. Да и соотношение сил тогда еще не было в пользу Москвы. Но, все-таки, удалось уговорить еще совсем молодого (двадцатилетнего), но не в меру честолюбивого Ивана IV. Это сделал старый, но хитрый и опытный митрополит византийского покроя Макарий.

Так начались завоевательские походы московских варяг в лице ушкуйников и казаков (оторвавшихся от своего народа качаков-беглецов) на серединные земли, провоцированные «византийской» партией, разрушившие весь духовно-экологический ландшафт края с последующим разрушением этно-духовных матриц населяющих его близкородственных этносов. Несмотря на церковную близость «московской» и «византийской» партий, в этно-экологическом отношении они были чужеродными, что и стало причиной распада этно-духовной матрицы восточных славян и других этносов края.

Аналогичным же образом происходило «открытие» Сибири казачьими отрядами (бандами) Ермака, положившее начало покорения Дальнего Востока, Кавказа и Средней Азии. Цели этих «открытий» явствуют даже из названий таких бастионов экспансии, как Владикавказ, Владивосток, Владимир и др.

Дальнейшее «приобщение» к так называемому римскому праву, сформировавшемуся на секуляризованных иудо-христианских ценностях, окончательно превратило славянский этнос в русский10 народ с державно- спекулятивной славяно-провославной социальной матрицей. Москва не стала ни «Третьим Римом» и не сохранила свою этно-духовную (национальную) идентичность. Зато превратилась в дикую провинцию так называемой западной цивилизации, ставшую ее порогом безопасности. Если «татарский» выбор, сделал Россию полноценным национальным государством, то римско-византийский выбор превратил ее в помойную яму чужеродных цивилизаций.

Нельзя сказать, что местные славянские племена (древляне, поляне и т.д.) не сопротивлялись церковно-имперской византийской экспансии. В качестве примера можно привести религиозно-политическое течение, созданное еще в конце 15 - начале 16 веков нестяжателями (заволжскими старцами), которые против алчности власти и церкви проповедовали близкий их духу аскетизм, уход от мира; требовали отказа церкви от земельной собственности. Идеологами этого движения были Нил Сорский, Вассиан Косой и др.

Против них выступили иосифляне создавшие церковно-политическое течение, представляющее «византийскую» партию. Идеологом движения был Иосиф Волоцкий. В борьбе с нестяжателями отстаивали незыблемость церковных догм, защищали церковно-монастырское землевладение. Были инициаторами осуждения нестяжателей на церковных соборах 1503, 1531 г.г. Правда, к этому времени, благодаря идеологии «Третьего Рима», русская православная церковь стала автокефальной, то есть независимой от Константинополя по форме, но по существу оставалась провизантийской.

Борьба между «московскими» и «византийскими» партиями продолжалась вплоть до «петровских реформ», окончательно определивших имперское развитие России на римско-византийских ценностях. Наиболее острый характер этого противостояния проявился в расколе, то есть в отделении от русской православной церкви части верующих, не принявших церковные реформы Никона (1653-56), придавших религиозный характер имперскому развитию России. Во второй половине 17-18 веков раскол был идейным знаменем оппозиционных движений. В результате этих движений возникло старообрядчество, представляющее совокупность религиозных групп в России, не принявших церковные реформы 17 века, ставших враждебными официальной православной церкви, из-за чего преследовались они церковью и правительством вплоть до 1906 года.

Возвышение официальной церкви достигло такого уровня, что Никон объявил «священство выше царства», то есть самого государя. Естественно, это вызвал разрыв с царем, и Никон был вынужден оставить патриаршество.

Но русский царь Алексей Михайлович (1645-1676), пошел на разрыв с Никоном не как сторонник «московской» партии, а как единоличный властелин. В остальном он проявил себя как явный поборник идеи «Москва– Третий Рим». Именно поэтому он устроил гонения на староверов, утвердил крепостное право, подавил восстания в Москве, Новгороде, Пскове, возвратил Смоленск, Северные земли, подавил Разинское восстание. Экологически близкие этническим татарам этнические русские в течение несколько веков отчаянно боролись с чужеродной византийской экспансией и очень часто совместно с татарами и другими этническими народами края.

В этом смысле и многочисленные крестьянские восстания (Болотникова, Разина, Пугачева и др.) больше представляли собой сопротивление коренных народов края против чужеземной варяжско-византийской экспансии. Одновременно шла борьба и между римско-католическим и византийско-православными партиями за наследство Великого Иля, что привело к постепенному ослаблению позиций католической церкви в Киевской Руси и усилению влияния византийского православия в Московии.

Последним отпором московско-ордынской партии римско-византийской экспансии было изгнание поляков из Москвы в начале XVII века во главе которого стояли русские татары князь Пожарский (хан Божар) и Минин, после которого в России установилось «смутное время», закончившееся приходом к власти династии Романовых, сторонников «Третьего Рима» и окончательным вытеснением «ордынцев» из политической жизни России. Тем не менее, этническое сознание коренных народов еще долгое время определяло духовно- культурную жизнь России, наследованную еще со времен Дешт-и-Кипчака.

Но «открытие окна в Европу» и связанная с этим экспансия римского права и порожденного этими «ценностями» русского (варяжского) большевизма, превратили все народы края в некую безликую массу под названием «советский народ», что привело к глубокой дистрофии этнического сознания коренных народов, не исключая, конечно, самого русского народа.

Таким образом, ведическое начало и славянское сознание русской нации было деформировано варяжским вторжением, а тюркское начало и истинно мусульманское сознание татарской нации- московским нашествием, как продолжением варяжского вторжения. Подобную трагедию пережили также угрофинские племена нашего края. Отсюда следует, что все беды коренных народов края (славян, тюрков, угрофинов) исходят из единого начала- западной варяжской экспансии, а не с востока, как это на протяжении веков пытаются внушить нам наследники этой экспансии. Пока мы не осознаем эту великую трагедию, так и будем оставаться их рабами.

Ибо любой империи нужны не свободные люди, а послушные рабы- подданные государей, с единым псевдорусским менталитетом. Именно с этой целью было введено крепостное право, глубоко греховное и недопустимое при кровнородственном, единобожном правлении.

А ведь даже самые жестокие восточные деспотии не превращали свободных людей в рабов и крепостных, тем более, единородцев и единоверцев. Начало этому положили рабовладельческий Рим и крепостная Европа. Именно они породили безродных варягов, ушкуйников, казаков, ковбоев, москалей и прочих разбойников, превративших свободных людей в «народные массы» путем их «прокрустовой» ассимиляции и кровосмешения.

Но если государям было выгодно многочисленное послушное стадо, всегда готовое на убой, то простые люди теряли свою человеческую природу и все больше и больше погружались в мрак невежества, хотя и непрерывно внедрялось в их больное сознание величие державы и русского народа. Что касается татар, то они в результате длительного подавления свободы потеряли свою национальную идентичность и превратились в льстивых, служилых собак.

Тем не менее, мы все еще ратуем за фронтовой порядок, взываем к «сильной руке». Свою неполноценность пытаемся компенсировать жестокостью, ложью, демагогией, лжепатриотизмом. И никак не хотим выйти из этого заколдованного круга. Поэтому зло только растет и умножается. Естественно, это не есть выбор этнических русских и татар, а навязанный им чужеродными варягами всех мастей новый «русский порядок», очень трудно распознаваемый из-за искусно оформленной «национальной» декорации.

В качестве сравнения следует отметить, что восточные завоевания, как правило, носили территориальный характер (как проявление кочевого образа жизни), тогда как западные завоевания несли этнодуховное опустошение.

Между прочим, Чингисхан, в отличие от западных «цивилизаторов», не разрушал традиционный уклад жизни покоренных им народов, а наоборот, ему важно было, чтобы его верноподданные живо ощущали свою подчиненность Высшему Существу, независимо от исповедуемой ими религии. Первая (!) статья Чингисова кодекса «Джасака» гласила: «Повелеваем всем веровать в Единого Бога, Творца неба и земли, единого подателя богатства и бедности, жизни и смерти по Его воле, обладающего всемогуществом во всех делах»11. Чем же это не формула веры монотеизма12, хотя тогда сами монголы и многие народы края придерживались традиционных верований.

До столь широкой веротерпимости, которая господствовала в царстве Чингиса XIII Европа дошла и то лишь относительно в XVIII веке, - после того, как она пережила Крестовые походы для массового истребления «еретиков и язычников» и после нескольких столетий, в течение которых пылали костры инквизиции13. Как видим, сказанное выше, не есть чисто русская история, а история порабощения народов края наследниками варягов, Византии и Рима и разрушения их этно-духовных матриц путем экспансии западного секуляризма. Многие предполагают, что от этого выиграли русские, создавшие централизованное русское государство в последствие превратившееся в обширную евразийскую империю под эгидой Москвы, а татары, потеряв свою государственность, лишились статуса доминирующей в этом пространстве нации. Но как было уже сказано, колонизаторы были одинаково чужды всем народам края и, поэтому, не могли принести не одному из них волю и свободу. Именно в этом заключается одна из причин укоренения рабской психологии не только у «инородцев», но и у самих русских. Если бы русский человек чувствовал себя хозяином положения, своей земли и своей судьбы, то не мог бы он находиться в плену рабско-господских отношений в собственной стране.

Но все же мы, татары, привыкли рассматривать Россию как государство русского, а Татарстан- татарского народов. На этих, весьма спекулятивных понятиях, порой делается государственная политика правящих кланов. Кто-то борется за единство и неделимость России, кто-то за суверенный и независимый Татарстан. Но, как видим, большинство этнических русских и татар по всей России давно переродились в безбожных маргиналов без роду и племени, не способных отличить корни от побегов, друзей от врагов

Сами же мы причины своего падения в рабство (естественно, кто осознает это), в основном, сваливаем на Москву, Российскую империю, русских. В принципе, этому трудно возразить. Чудовищный разгром Казанского ханства войсками Иоанна Грозного, при котором было вырезано чуть ли не все мужское население, способное держать оружие, беспощадное подавление любых форм национального протеста, насильственная христианизация, русификация и ассимиляция окончательно подорвали жизненные силы народа и лишили его пассионарной энергии. Но как видим, за эти преступления московских варягов вот уже более 500 лет расплачиваются весь русский народ.

Видный русский ученый И.А. Гундаров описал современное состояние русского народа даже с научной точки зрения. По данным НИИ общественного здоровья и управления здравоохранением ММА им. И.М. Сеченова, пишет он, с конца 80-х годов уровень смертности в России вырос к 1994 году в 1,5 раза14. В результате страна потеряла дополнительно умершими более 9 миллионов человек. Этот подъем он назвал «сверхсмертностью», т.е. превышающим фоновый уровень в силу действия какого-то необычайного фактора. В настоящее время накоплено множество версий относительно причин российской сверхсмертности, говорит он: накопленная усталость поколений, когортный эффект, плохая экологическая обстановка, алкоголизация населения, обнищание, высокий холестерин крови, ожирение, курение, развал здравоохранения, стресс от распада СССР, геноцид и др. Изучив все эти факторы, влияющие на смертность, И. Гундаров пришел к выводу, что причина сверхсмертности в России не определяется указанными элементами. Она оказалась не идентифицированной современной наукой, что позволяет говорить о действии фактора «Х», у которого обнаружены следующие свойства: большая скорость распространения по огромной территории бывшего СССР, синхронность действия на расстояниях в тысячи километров; избирательное поражение лиц среднего трудоспособного возраста; преимущественное влияние на мужчин по сравнению с женщинами; воздействие почти на все неинфекционные и инфекционные заболевания; возможность менять вектор от увеличения смертности до снижения смертности. Ни один материальный агент не обладает такими свойствами, считает ученый. Значит, полагает он, фактор имеет нематериальную природу. По этому поводу известно, что многие духовные и эмоциональные состояния оказывают выраженное влияние на здоровье. Депрессия, озлобленность, тревожность, отсутствие смысла жизни, потеря контроля над ситуацией, неуверенность в завтрашнем дне увеличивает смертность в 2-3 раза. Ощущение ущербности в случае потери работы увеличивает риск смерти, который не снижается даже при полной материальной компенсации вынужденного простоя. Наоборот, социальный оптимизм, чувство служения делу, радость жизни, творческий подъем увеличивает продолжительность жизни. Эти научные факты подтверждают правоту высказываний религиозных мыслителей о «смертных грехах» - нравственно-эмоциональных состояниях, ведущих к душевной и, как оказалось, физической смерти. К ним причисляются гордыня, гнев, тоска, сребролюбие, блуд и др. Отсюда ученым делается вывод, что для измерения духовного неблагополучия среди населения могут использоваться аномальные поступки, характеризующие нарушение нравственных заповедей: «не убий» - убийства; «не кради» - кражи, воровства, коррупции; «не прелюбодействуй» - разводы, блуда; «не теряй веру в Творца» - самоубийства; «почитай родителей» - брошенные старики и т.д. Перечисленные статистические показатели, говорит он, являются маркерами разрушительных духовных состояний- агрессивности, несправедливых отношений собственности, разрушения семейных уз, безысходности и т.д. Общим индикатором духовного неблагополучия может служить преступность. Согласно проведенных научных исследований достигнуты высокая корреляция преступности с упадком духа.

На основании выявленных закономерностей И. Гундаревым было сформировано представление об агрессивно-депрессивном синдроме как ведущей причине «сверхсмертности» в России. Но как формировался этот синдром самоубийства нации, Гундарев не раскрывает, ибо не может его коррелировать с агрессивной сущностью самой империи. Он не может допустить мысль, что внедренные веками в глубинные пласты сознания зло и ненависть могут привести к серьезному нарушению национальной психики, которое может проявляться в самых уродливых формах (например, нацизма).



Ответственность татар за распад Великого иля


Но этот смертный приговор, вынесенный русскому народу относится и к нам, татарам, несущим историческую ответственность за разрушение Великого иля еще до падения Казанского ханства в результате московского нашествия. И не стало ли «собирание русских земель» оправданием этого нашествия после того как татарская междоусобица привела к распаду Великого иля.

Надо, наверное, взглянуть не только в чужое, но и в свое «кривое зеркало». И для этого нет необходимости обращаться к писаниям победителей. Для этого вполне достаточно объективных источников потомков побежденных. Не будем здесь касаться их всех. Нам достаточно сведений, приводящихся в нескольких источниках отечественными историками. Начнем с небольшой, но весьма информативной книги Наркаса Мулладжанова «Последний хан Золотой Орды»15, в которой в сжатом виде описывается чуть ли не вся история древних тюрков и их прямых потомков татар и монголов. Изучая историю Евразии за последние два тысячелетия, пишет он, я обнаружил одну удивительную закономерность: вся жизнь евразийцев начиналась и заканчивалась войнами, после чего рождалась империя, которая затем разрушилась и гибла. И опять, между обломками и осколками этой империи, начиналась война, длившаяся порой столетия, и все завершалось возникновением новой войны. Таких империй, ушедших навсегда в прошлое, было пять. Мы приведем только три из них, непосредственно образованных и разрушенных тюрками (татарами).

Первая– это кочевая империя гуннов, которые прошли от берегов Тихого океана и границ Великой Китайской стены до Адриатического моря и центра Западной Европы; вторая- империя тюрок, повторившая экспансию гуннов до Ближнего Востока, Крыма и берегов Индийского океана; третья- империя монголо-татар, покорившая немыслимое пространство: от Кореи на Востоке до Карпат на западе, от берегов Ганга на юге, до Новгорода на севере.

Не будем широко описывать процессы образования, расцвета, упадка и распада первых двух империй. Все они хорошо описаны в трудах многих историков мирового и отечественного масштаба. Обратим внимания лишь на одно: период их расцвета всегда приходился, когда ими управляли великие люди с великими идеями (идеалами), а упадка, при появлении множества царей с ничтожными идеями борьбы за власть, за самоутверждение и господство. Империи, как правило, разлагались изнутри, внешний фактор играл роль лишь катализатора в качестве ускорителя процесса, или же чистильщика в качестве червя, съедающего падшее тело или коррозии, разъедающей ржавый металл.

Что касается третьей империи, то она напрямую примыкает к нам и непосредственно действует на разум и эмоции исходя из нашего современного состояния, т.е. рабского положения. С этой точки зрения нас больше трогает сам факт падения Казанского ханства, чем весь процесс распада Золотой Орды, т.к. в данном случае враг просвечивается ярче, чем распад татаро-монгольской империи, от которой можно даже открещиваться, как это делают некоторые татары («булгаристы», башкиры и прочие «нетатары»)16. Когда враг определен и персонифицирован, то и бороться против него свято и проявить себя легче.

При этом не хочется думать, что если бы не разрушилась мировая империя Чингисхана, не делился бы Джучиев улус, не распалась бы и Золотая Орда, то не было бы и Казанского ханства и его покорения московским царем.

Некоторые скажут, была бы Волжская Болгария, Святая Русь и другие государства Евразии. Вряд ли. Ведь перед нашествием татаро-монголов булгары, отступившиеся от ислама, погрузились в пиршество и мотовство, великолепные римские бани превратились в содомские заведения, «дубинки для слишком умных» работали исправно, «знать» отгораживалась от «черни» каменной стеной. Тоже самое было и в «Святой Руси». Брат убивал брата. Княжеские междоусобицы достигли уровня самоуничтожения. Распитие вина из черепов врагов приводило к каннибализму. Кровь превратилась в водицу.

Не лучше обстояло дело и в других государствах. Не будем описывать все это. Источников достаточно. Кто желает знать, может обратиться к ним. Наверное, нетрудно из всего этого сделать вывод, что «татарское нашествие» было очередной «карой божьей» за отступничество от божьих законов.

Историю не повернешь вспять. Татары остаются татарами и в периоды своего могущества и благородства и в периоды упадка и варварства. Спасение не в распаде на отдельные племена, а в осознании своего греха, покаянии за него, глубоком познании божьих законов и неуклонном следовании по ним.

В связи с этим хорошо бы знать всю родословную татар от самого Адама, не разрушая целостность всего тюрко-монгольского суперэтноса и не нарушая абсолютную паритетность составляющих его племен. И не для соперничества во зле, а в «стремлении опередить друг друга в сотворении благого».17

Но к этому вопросу вернемся позже. А пока продолжим тему раскрытия причин татарской трагедии, приближенно к периоду падения Казани.

Подготовили Казань к падению не столько русские князья, сколько татарские ханы, ведущие между собой борьбу за власть не на жизнь, а на смерть. Например, только в Золотой Орде за 20 лет сменилось 25 ханов. Не были исключением и личности исторического масштаба, истребившие друг друга: Тимур- «потрясатель Вселенной», Тохтамыш- «собиратель татарских земель», Мамай- «гроза русских княжеств», Идегей- «всесильный временщик, союзник и враг великих ханов», Ахмед- последний хан Золотой Орды.

Единственно из этих личностей своей смертью умер Тимур. Вот что нам сообщает Наркас Мулладжанов. Тохтамыша убил Идегей, Идегея убили сторонники Кадыра-Берды, сына Тохтамыша. Бежавшего с берегов Угры последнего хана Золотой Орды к берегам Азовского моря убил хан Сибири- Ибак, как некогда Мамая после Куликовской битвы- Тохтамыш. И Тохтамыш, и Ибак были ханами Синей Орды, входящий некогда в состав Золотой. И все они прямые потомки Чингисхана. Тохтамыш происходил от брата Батыя- Тукай-Тимура, а Ибак- от брата Батыя- Шайбана. Все они настолько ненавидели друг друга, что готовы были служить русскому князю, чем кровным братьям.

То же самое пишет по этому поводу историк Н. Карамзин (от татарск.- черный мурза): «Хан Ибак приблизился ночью, окружил на рассвете царскую белую юрту, собственную рукою умертвил спящего Ахмата, без сражения взял Орду… возвратился в Тюмень (от татарск.- десятитысячник) и прислал объявить Великому князю, что злодей России лежит в могиле».18

Можно привести еще множество примеров междоусобиц татарских ханов, растачивающих жизненные силы могущественных тюрко-монгольских империй и татарских государств. Наиболее полно они отражены в сборнике «На стыке континентов и цивилизаций», составленной Ильясом Муслимовым.19

Добавим еще от себя лишь Казанский период. Еще в период правления казанских ханов не было мира и спокойства на татарских землях. Межусобица между ханами, их непрерывная борьба за престол растачивали силу и могущество ханства. Особый вред приносила борьба между крымским и московским партиями, породившая «зулум». Видя бессмысленность этой борьбы, знаменитый поэт Мухаммадъяр даже примкнул к московской партии, считая, что лучше «куфр», чем «зулум». Он даже предпочел хану «зулума» «справедливого» царя «куфра». Вот несколько строк из его стихотворения: «От «куфра» государство не погибнет, а падет от «зулума». «Куфр» лишь себе наносит вред, а «зулум» для всей страны беда».20 Этим трудно согласиться, но в нем есть и правда. Разве не «зулум» подтачивал силы Казанского ханства.

Вот что пишет по этому поводу современный татарский ученый-историк Марсель Ахмеджанов: «Московский князь Иван IV, опираясь на поддержку всей христианской Европы, материальную и техническую помощь европейских специалистов, успешно разрушив с помощью дипломатических приемов единство татарского мира, собрав 150 тысячное войско в августе 1552 года выступил в поход против Казани. Казань в это время из-за предательства мирзы Ногайской Орды Исмаила остался в международной изоляции. В пролитии крови своих соплеменников есть вина и войск татарских мурз, находящихся у реки Нократ. Падению Казани способствовало также молчаливое согласие Турции (и не только молчаливое- И.А.) на взятие Москвой Казани, так как та боялась усиления Казани в единстве с Крымом. Оборону Казани затруднило и взрыв водных путей по указанию Камая мурзы, а также уничтожение конницы Япанчы из-за предательства Явыш мурзы”.21

Можно еще привести ряд свидетельств других татарских историков об измене татарских мурз, особенно об ужасном предательстве хана Шахгалея.22 В связи с этим выражу «крамольную» мысль, порой мне кажется, что казанский «зулум» и поныне более опасен для татарского народа, чем московский «куфр».

И вот как размышляет Наркас Мулладжанов, описывая все эти события.

Что было бы с Европой, если бы Тимур не разбил двухсоттысячную армию Османской империи под Анкарой в 1402 г. и не пленил бы султана Баязеда? Что было бы с Европой, если семь веков тому назад Тамерлан не разрушил бы могущественную армию Тохтамыша на берегу Терека в 1395 г.? Смогла бы Европа позволить себе давление на православный мир с новой силой? Ведь именно после разгрома Тохтамыша и Баязеда крестоносцы двинулись на Восток, пытаясь предать инквизиции языческую Литву и православную Белоруссию, наказать эти народы за вероотступничество и ересь.

Многие ученые аналитики считают, что Европа и ход европейской цивилизации были спасены именно действиями Тимура в Малой Азии и на Евразийском пространстве. А что было бы, если бы турки-османы дошли до Парижа и Ла-Манша, а татары с русскими- до Берлина? Очевидно, не было бы из того, что имеется сегодня. Например, стран Британского содружества, Северной Америки, Европейского союза, не было бы швейцарских банков, Парижского и Лондонского клубов-кредиторов, НАТО и др. Очевидно, и тюркский мир не был бы таким отсталым и раздробленным. И не было бы ни Наполеона, ни Гитлера, ни двух мировых войн, и не уничтожил бы фашизм 50 миллионов людей…

Кто знает, чего еще не было бы. Видимо, не сожгли бы на костре Джордано Бруно.

Факты остаются фактами. Европа оказалась при всей нынешней своей просвещенности самым жестоким континентом на Земле.

Больше чем где либо там пылало костров, больше всех там воевали и убивали, больше чем на других континентах здесь проливали кровь.

А вот на вопрос, в каком направлении пошла бы цивилизация, если бы Тимур, Баязед и Тохтамыш нашли общий язык, не стали бы заложниками собственного эгоизма, а возвели бы сообща на некогда завоеванном Чингисханом пространстве Великую Евразию, с ее несметными природными и людскими богатствами, с ее неповторимой и разнообразной культурой- ответа нет. Как нет в природе и того, о чем мы говорим.

К этому еще можем добавить, что было бы с исламским миром, если бы татаро-монголы не разгромили Аббасидский халифат и Хорезм, не разрушили бы Багдад, после которого он навсегда потерял свое величие, или же турки-сельджуки не завоевали бы арабские страны, в т.ч., священный город Мекку, или не уничтожили бы младотурки во главе с Ататюрком Османский халифат, не отменили бы арабскую письменность и не деисламизировали бы османский язык, к чему равнодушны сегодня секуляризованные российские татары.

Возможно не было бы катастрофического упадка нравственности, отказа от божьих принципов «не убий» и «не прелюбодействуй», воровства и коррупции, разгула преступности, экстремизма и «исламского» терроризма. Не было бы гей-парадов, «содомоградов» и агрессивно-депрессивного синдрома.

А может было бы хуже из-за погружения ислама в лицемерие, «обогащен-ного» «раскаящимся» куфром. Трудно сказать. Сколько здесь от Бога, сколько от сатаны знает один Аллах. Ко всему этому можно еще добавить коллабора-ционизм и предательство татарской элиты после падения Казанского ханства.

Об этом более подробно изложено в статье «Кара небесная или зло людское». Так что у татар и монголов грехов было не меньше чем у «урусов».


Клерикализм церкви и секуляризация веры


Все эти разрушительные процессы происходили на фоне секуляризации религиозных ценностей. По мере удаления от пророческого пути организации социальной жизни общества усиливалось отступничество от божьих законов. Более подробно о клерикализме церкви и секуляризации веры можно прочитать в моей книге «Царство истины или империя лжи». А здесь укажем лишь на то, что, что наибольший вклад в отступничество от божьих законов, как это не звучит парадоксально, внес союз церкви и светской власти. Дело в том, что каким бы несправедливым было общество, управляемое выдуманными человеком законами, последняя надежда остается на Бога, истины последней инстанции. Но когда церковь, олицетворяющая Бога, становится союзником земных царей, творящих зло, то люди начинают терять веру и в Него, в Его милосердие и милость. Человек теряет последнюю надежду на справедливость.

Более того, чтобы люди не могли объединиться за свои права, земные цари по тому же пресловутому принципу «разделяй и властвуй», общие для всего человечества божьи законы растаскали по «религиозным квартирам» и создали свои церкви со служилым клиром, освящающим их земную власть. Именно поэтому церковь, вместе с нанятыми священниками, узурпировавшими божественную миссию пророков и праведников, несет ответственность за убиение (секуляризацию) веры, как истины высшей дистанции.

Так на протяжении всей человеческой истории установлению принципов справедливости препятствовало искусственное разобщение религий, чем искусно пользуется сегодня безбожная власть, отлучая их от общественной жизни. Не вникая в единую социальную сущность всех религий, каждый представляет свою религию единственно истинной, если при этом не соблюдает ни религиозные нормы и не знает ее основные догмы. Слепота веры, внешнее различие обрядов, фетишизация ритуалов, иррациональная мифологизация и догматическая схоластика разрушают сущность веры, что позволяет безбожникам посеять среди верующих сомнения в универсальность божьих законов. В результате такой «заботы» одни становятся господами, другие рабами, но никак не хозяевами своей судьбы, своей доли, дарованной Богом.

Именно поэтому даже возрождение института церкви не принесло прогресса в организации общественной жизни по божьим законам.


Две парадигмы борьбы за национальную свободу

в современных условиях


И вот в таком состоянии татары включились в перестроечные процессы и на какое-то время часть из них сумела из дисперсного состояния создать кумулятивный заряд, который напугал наследников большевизма.

Но как и в 1917 году вновь возникло противостояние между сторонниками двух парадигм национального движения- государственной и национальной. Если первая парадигма опиралась на сложившуюся международную практику отожествления понятий государство- народ- нация, то вторая парадигма придерживалась принципа национальной независимости по формуле одно государство- один народ- множество равноправных наций, не признанного международным сообществом в форме национального права.

Первая парадигма отдает предпочтение социальным привилегиям правящих классов и обслуживающим их интеллектуальной элите, в том числе национальной. Такие привилегии дает государственная власть и, поэтому, борьба за власть является основным побудительным мотивом сторонников государственной парадигмы, хотя при этом активно (и очень часто лицемерно) используются ценности нематериального характера, типа патриотизм, свобода, вера, культура и т.п. Государство как бы выступает мерилом всех ценностей.

Вторая парадигма придерживается принципа социального паритета, который может быть реализован лишь при верховенстве божьих законов над социальными, представляющих совокупность этно-духовных ценностей. Этой парадигмы придерживается большинство людей, не обласканных властью, а также, творческая интеллигенция, в основном, просветительского направления.

И все это вытекает из того, что согласно предписаниям Корана существуют две общины (уммы, нации): муэмины (верующие), живущие по божьим законам, ведомые Аллахом и неверующие (кафиры), живущие по безбожным (придуманными людьми) законам, ведомые Тагутом.

Муэмины не признают ни территориальных, ни государственных, ни национальных, ни религиозных границ, хотя признают различные социальные общины (каум), отличающиеся по этническим, культурным, обрядовым и иным традиционным признакам, определяющимся экологическим ландшафтом проживания, историко-культурным наследием и другими традиционными признаками, представляющими лишь внешнюю форму выражения веры.

Эти социальные общины могут формироваться как по территориальному, так и экстерриториальному принципу в зависимости от плотности проживания различных социальных групп и межобщинными соглашениями, но они никак не представляют формы современных государственных структур по территориальному принципу и рабско-господским отношениям.

Для определения этнической составляющей мусульманской общины в Коране вводятся такие понятия как «гурф» (традиция), «эхл» (семья), «эли» (род), «каум» (племя), «умма» (нация), которые дают возможность создать обычное право в зависимости от территории проживания, этнической особенности и национальных обычаев и традиций, не противоречащее Корану. Поэтому производные от Корана законы и правовые акты могут быть изложены с поправкой на эти понятия, естественно, не выходя за пределы божьего откровения. Именно в этом смысле надо принимать понятие «национальный ислам», оспариваемый отдельными исламскими ортодоксами, утверждающими, что «в исламе нет нации» (хотя проявляют полную верноподданность светскому государству). В основном, подобные утверждения направлены на ассимиляцию малых культур в культурах больших наций. Здесь происходит явная подмена содержания (сущности) с формой. «Установили мы для каждого народа свои обряды поклонения, что надлежит им выполнять. И пусть они по этому вопросу с тобою в споры не вступают, - но все же к Богу твоему их призывай, ведь ты, поистине на правильном пути»23.

Естественно, в условиях агрессивного противостояния секуляризованного (в сущности безбожного) мира создание мира муэминов чрезвычайно трудно. Ибо сегодня в мире идет процесс глобализации всех форм общественной жизни: идейно-мировозренческих установок, культурных ценностей, правовых, экономических, образовательных, информационных систем. Инициатива по осуществлению этого проекта принадлежит западному миру во главе с США. На реализацию этого проекта брошены громадные финансовые средства, привлечены практически все информационные ресурсы. При необходимости используются мощные силовые структуры, которых нет у муэминов.

С точки зрения единства человеческого рода, происходящего от общих предков, проект весьма привлекателен. Тем более его социально-экономические показатели в сфере потребления впечатляющие. У всех на устах европейское качество, свобода, демократия, общечеловеческие ценности и т.д.

Все было бы хорошо, если этот процесс не сопровождался хищнической эксплуатацией природных ресурсов, опасным ухудшением среды обитания, резкой дифференциацией общества, образованием локальных и региональных конфликтов, разгулом преступности и насилия, духовной и нравственной деградацией общества и другими “ прелестями западной цивилизации”.

Многие понимают, что этим процессом глобализации руководят “цари земные”, поклоняющиеся Тагуту в лице “золотого тельца”. Но большинство людей, поддавшись внешнему блеску этого идола, следует по его стопам. Для тех же, кто не поддался этому искушению представляются два пути.

Первый путь- это создание восходящей вертикали по верви Бог- Святой Дух- пророки в противовес нисходящей вертикали по верви Бог- Тагут- “земные цари”, если Бог еще продлевает отсрочку конца света и дает людям возможность восстановить божье равновесие (баланс сил).

Второй путь- это продолжение сопротивления верви Тагута-“земных царей” до прихода Мессии, если Бог решит отменить отсрочку “судного дня”.

Но в любом случае противостояние верви Тагута должно просходить по верви Святого духа. Ареной борьбы этих двух сил является вервь социальных структур, институцилизированная в форме государства.

Для определенности вервь Святого духа и пророков назовем духовной, вервь Тагута и “земных царей”- безбожной, а государственную вервь- светской.

Целью борьбы духовной и безбожной верви не является уничтожение безбожной верви. Это является абсолютной прерогативой Бога, отсрочившего наказание Сатаны до конца времени. Наша же задача заключается в сохранении коранического баланса: “Чтоб вы не преступали должного баланса” 24.

Как видим, человечество сегодня находится в критическом состоянии и спасением является лишь усиление духовной верви до установленного Богом баланса, который представляет “золотое сечение” двух вервей. Абсолютное поглощение духовной вервью безбожной и светской вервей произойдет только в “конце света”, когда Бог отменит отсрочку наказания Сатаны. Но это будет уже рай небесный. А небо и земля, согласно Инджилу, будут уже другими.

Наполнить духовную вервь духовной энергией можно лишь за счет энергии духовных людей. Сначала такие люди создают духовные общины (мехелле) и общества (джамааты). Затем отделяются от безбожной части своего народа (каум) и совместно с другими духовными народами создают божью мировую нацию (в противовес безбожной). Это вновь говорит о том, что противостояние идет лишь по линии соприкосновения двух наций- божьей и безбожной, а не между различными народами, нациями и религиями.

Что касается имамов, они должны возглавить все национально-духовные самоуправляемые общины по всей вертикали снизу вверх. Существующая ныне муниципальная система управления (а не самоуправления) является лишь иерархическим продолжением вертикали государственной власти, которая является антиподом общинных принципов самоуправления.

Естественно, имамы должны пройти высокую духовную и светскую подготовку в духовно-светской татарской национальной системе образования. Только из этой системы могут вырасти просвещенные имамы будущего, по меньшей мере, уровня Галимджана Баруди и Ризаэтдина Фахрутдина.


Русская национальная идея: татарский взгляд


В целом же, сегодня спектр социальных интересов татар составляют “служилые татары”, находящаяся на службе у московских варягов (“знать”), прислуживающая им национальная “элита”, национальная интеллигенция (“зыялы”), в основном, западной ориентации, разночинная прослойка так называемых “националов”, опирающихся на парадигму национальной государственности и безмолвный, равнодушный ко всему “народ” (“чернь”), составляющий основную массу татарского населения. Но мало кто из этого спектра представляет консолидирющую национальную идею и понимает парадигму национального строительства на приоритете божьих законов.

Примерно также обстоит дело в русском обществе, анологичным образом делящемся на империал-державников, государственников, консерваторов, либералов, национал-патриотов и пробуждающегося от летаргического сна по призыву одной из прорвавшихся наверх элит- “чернь”. Что касается парадигмы национального строительства, ее или вовсе нет или существует в извращенном виде (фашизма, империализма, национал-большевизма и т.д.).

Но все же национальные интересы татар, несмотря на вполне понятный скептицизм, лежит в спектре интересов русского (а еще шире российского) общества, хотя не исключены контакты и с западным и мусульманскими обществами. Ориентация же на Запад нас лишь приближает Тагуту, а на исламский мир к не признанию и взаимному непониманию. Такое отчуждение сложилось, в основном, из-за нашего отступничества от своей веры и лицемерного поведения духовенства. Но и сам исламский мир значительно отошел от божьих законов в результате сотрудничества с миром “куфра”.

Исходя из этой ситуации я начал искать своих союзников в российском обществе, преимущественно, в этно- духовно ориентированной среде. Изложу некоторые мысли, сложившиеся в результате общения в этой среде.

Как главному научному сотруднику Центра семьи и демографии АН РТ, мне пришлось с этой целью принять участие на двух научных конференциях (на второй Всероссийской научной конференции «Национальная идентичность России и демографический кризис», Москва, 15 ноября 2007 г. и VIII Международной научной конференции «Россия: ключевые проблемы и решения», Москва, 18-19 декабря), организованных и проведенных Центром проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования РАН. Создалось представление, что на уровне Российской Академии наук по инициативе этого Центра формируется мозговой центр по выводу России из системного мировоззренческого, социального и сопутствующего к ним катастрофического (Гундарев) демографического кризиса на базе общенациональной идеи и национальной идентификации России. На основе этих идей проводятся и другие общероссийские конференции, организуемые Московским государственным университетом имени М.В. Ломоносова, Российским государственным социологическим университетом и другими ведущими российскими научными учреждениями. Проблемы, активизируемые этими государственными учреждениями не могут не касаться и татарской нации, которая разработчиками русской национальной идеи, как и другие нерусские российские нации, рассматривается этнической группой российской гражданской нации. И, исходя из этих позиций, формируется русская национальная идея и вырабатывается национальная идентичность России.

В целом, речь идет о возвращении к той форме российской государственности, которая существовала в дореволюционной России. При этом разыгрываются различные конфигурации общерусской идеи: от варяжской до византийской, от евразийской до либерально-западнической. В качестве мировоззренческой основы национальной идеи выступает восточное православие и византийское имперское наследие по формуле «Москва- Третий Рим». Одновременно с этим возвращаются лозунги державности и народности, цивилизационизма и мессианства. Татарам же отводится роль подданных мос-ковского царя в качестве этнической группы русской нации, обреченной полной ассимиляции, что является не вопросом принципа, а лишь времени.

Следует сказать, что все эти проекты давно уже выходят из научно-теоретической фазы и начинают приобретать практические очертания. Первым шагом в этом направлении стала отмена графы «национальность» в российских паспортах, т.к. российское гражданство по определению идентифицируется русской нацией. Вторым шагом становится ликвидация национальных автономных образований, которые в принципе не вписываются в формат национальной государственности. Следующие шаги делаются в направления приведения в общерусские национальные стандарты всех социальных институтов (правовых, экономических, образовательных, информационных и т.д.). Этим связана и отмена регионального компонента в государственных образовательных стандартах, нарушающих принцип национальной идентичности. Одним словом, все, что подлежит государственному контролю и регулированию должны быть приведены в соответствие с русской национальной идеей. Например, если человек учится в государственной школе, то это значит, что он получает образование по русским национальным образовательным стандартам, независимо от того, какой этнической группе русской нации он относится. Если же кто-либо захочет приобщиться к ценностям (языку, культуре, истории и т.д.) своей этнической группы, то он это может сделать через общественные институты, не имеющие государственный статус. Например, если человек закончил этническую (религиозную) школу, то полученный сертификат образования не будет иметь юридической силы и его обладатель не сможет поступить на государственную службу. Так обстоит дело во всех сферах общественной жизни. Особенно сложное положение с этнической идентификацией в сфере правовых и экономических отношений. В этом аспекте не имеет смысла и понятие «национальное меньшинство», так как оно требует национальной идентификации этнической группы государствообразующей нации. Таким образом, речь может идти лишь об этнической идентификации этнических групп этой нации, что было в некоторой степени возможно в условиях царской России, когда не было никаких «национальных автономий». В современных же условиях даже при наличии «автономий» нет никаких правовых основ для этнической идентификации, т.к. нет общественных институтов, легитимирующих (институцилизируемых) правовой статус этнических групп. Поэтому говорить о существовании какой-либо этнической группы в составе русской нации, равно и «национальных меньшинств» говорить бессмысленно, не говоря уже о национальном статусе нерусских народов, не имеющих свои государственные образования. И это целиком относится и к татарам, находящимся в дисперсном состоянии.

В этих условиях, особенно в период актуализации русской национальной идеи, государственная служба является службой государствообразующей нации, в которой этнические группы не имеют даже этнического статуса.

И все это говорится не в упрек этническим русским, не в качестве противостояния их интеллектуальной элите или даже господствующей верхушке, а с целью обоснования ущербности и порочности национальной идеи, рассчитанной на формирование общерусской нации за счет «новообращенных». Рыхлость и злокачественность такой нации очевидна.

Да, после распада Советского Союза доля русских в составе населения России «подскочила» до 80%. Такое подавляющее преимущество русских по отношению «инородцев» воодушевило русскую интеллектуальную элиту на новые подвиги во имя спасения человечества, хотя как говорит один из русских идеологов, надо прежде всего спасаться им самим. Дело в том, что эти 80% напоминают рейтинг коммунистической партии во времена застоя или «Единой России» в период всеобщей депрессии. Что стало рейтингом коммунистов всем известно. Как создавался рейтинг «единороссов»- тоже. Именно так обстоит дело с долей русских в составе населения России. А на самом деле сегодня трудно найти хотя бы троих русских, из которых можно было бы слепить русскую этническую структуру минимальной конфигурации, т.к. нет объединяющей их не то что национальной, но даже элементарной этнической идеи. Ибо, как и в любой империи, русская нация на протяжении около 500 лет формировалась не столько на собственных этно-духовных корнях, сколько на привитых к ним разнородных побегах, порой несовместимых с корневой системой этнических русских. Этот процесс продолжается до сих пор. Более того, в связи с нарастающей депопуляцией коренного населения русская нация непрерывно пополняется за счет популятивно активной массы мигрантов с совершенно иной этно-духовной матрицей. И вот на это весьма пестрое образование накидывается некая общерусская идея, которая, по мнению русских национальных идеологов, должна генерировать русский менталитет.

В связи с этим важно подчеркнуть, что специалистами по этнологии установлено, что при достижении в составе этнической нации 30% «примеси» возникает угроза ее превращения в другую нацию. Нет сомнения, что татарская нация начала распадаться после перехода этого порога. Значит, им был перейден запретный для существования нации этнический предел и на ее место начала претендовать другая нация с допустимой для ее развития степенью этнической «чистоты». Такой нацией оказались русские. Теперь же, по-видимому, наступает их черед. Об этом прямо говорится в Коране. «О вы, которые веруют! Если найдутся среди вас такие, кто отречется от религии своей, Господь других людей поставит (на ваше место)»25. Отсюда вытекает вывод, что нация, которая расширяется за счет вероотступников (муртадов), рано или поздно обречена распаду. Так случилось с татарской нацией, так обстоит дело и русской нацией, которая давно уже перешла порог «этнической чистоты». Это говорит о том, что распад наций определяется ни столько внешним, сколько внутренним фактором. Внешний фактор (в качестве внешнего врага) выступает лишь катализатором этого объективного процесса.

В то же время объективно татарам не нужен распад России. Во-первых, она является для них таким же национальным государством, как для русских. Во-вторых, этот распад не сулит ничего хорошего в смысле возрождения их восточноориентированной идентичности. Тенденция ориентации на Запад, выз-ванная недовольством национальной политикой Москвы может привести к ут-рате последних этнических признаков. Но ошибки в практической реализации русской национальной идеи, внешняя привлекательность западной демократии и свободы, надежда признания Западом государственного суверенитета после распада России (хотя бы на примере новых государственных образований после распада СССР) будут оставаться катализаторами татарского сепаратизма.

Сдерживать этот процесс недемократическими средствами может оказать негативное воздействие на консолидацию единой российской нации даже при отсутствии активного сопротивления. Ибо комплекс ущербности и неполно-ценности не будет работать на пользу сплочения русской нации.

Поэтому при формировании русской национальной идеи надо четко структурировать ее содержание с учетом этнического состава нации в целом.

В первую очередь, нам представляется необходимым отказаться от отожествления нации с государством, как это звучит в аббревиатуре ООН. В данном случае слово «нация» использовано в смысле слова «народ». Недаром мы говорим, «международное право», «международная организация» и т.п. Таким образом, применительно к России выстраивается такая иерархическая вертикаль национально-государственного устройства: российское государство как субъект международного права, обладающее полным суверенитетом на территории, обозначенном международно-признанными государственными границами; российский (русский) народ, как носитель единой для всех населяющих его нацией государственной идеологией; нации, входящие в состав русского народа в качестве субъектов национального права; этнические группы, входящие в состав определенной нации в качество субъектов этни-ческого права. Данная иерархия при соблюдении норм международного права не нуждается в формировании иерархии государственных образований, кроме как единого территориального субъекта международного права и наличия национальной (этнической) территории («земли обетования») с приоритетом международного национального (этнического) права на данной территории.

В целом речь идет о создании альтернативного международного правового поля на основе этно-духовной парадигме мирового устройства.

В этом случае Россия стала бы не соперником мира «куфра» на мировое господство, а духовной альтернативой устройства мира по божьим законам.

Следует подчеркнуть, что институт автономизации возник как реакция на отсутствие национального и этнического права на международном и государственном уровнях. Отсутствие или их невыполнение породили также международную декларацию о праве наций на самоопределение, вошедшую в противоречие принципу нерушимости государственных границ.

Пока за государственную идеологию будет выдаваться русская национальная идея, трудно будет установить национальную идентичность русской нации и тем больше будет угроза ее распада. В таком важном деле количество не переходит в качество. На наш взгляд, прежде чем разработать русскую национальную идею, нужно сначала определиться основными принципами российской государственной идеологии, за основу которой может быть положен предложенный Сулакшиным С.С. цивилизованный потенциал российского государства26, под которым конкретно понимается: общая история и пространство; русский язык; традиционные для России религии (по Сулакшину, прежде всего православие); культура; традиции; ментальность; уклады и устои; поведенческие и ценностные стереотипы.

Мы бы к этим параметрам добавили: паритет наций (включая русскую нацию) в составе русского народа; наличие национальной идеи у субъектов национального права; наличие этнической идеи у субъектов этнического права; наличие национальной территории с приоритетом национального права, наличие этнической территории с приоритетом этнического права.

Следует при этом особо подчеркнуть, что параметры русского национального потенциала могут не быть идентичными с параметрами русской национальной идеи. Например, государственный русский язык может не совпадать с национальным библейско-былинным языком, в котором отражается душа русской нации. Параметр «традиционные для России религии» может быть заменен параметром «единое мировоззрение» (например, креационное), а параметр «православие» должен стать параметром русской национальной идеи.

Наличие национальной (этнической) идеи у субъектов национального (этнического) права определяет их национальную (этническую) идентичность, на основе которых на общегосударственном уровне формируется духовный и этно-культурный образ жизни каждой нации, каждой этнической группы.

К сожалению, в настоящее время отсутствует институт национального (этнического) права, что лишает нации (этносы) этно-духовного развития. Естественно это приводит к межнациональным и межэтническим осложнениям и снижению культурного потенциала всего русского народа.

Естественно, все это относится и к русской нации, которая, как и другие нации не имеет национальные социальные структуры, формирующие русскую нацию и регулирующие русскую национальную жизнь. Тем не менее, отожествление российской государственности с русской нацией, хотя и не обеспечивает организацию русской национальной жизни, но все же способствует сохранению и развитию русского языка, имен, ономастики, топонимики, международной интеграции и т.д., чего не скажешь о других национальных языках, сфера применения которых стремительно сужается.

Говоря о государстве, мы, в первую очередь имеем в виду российскую (возможно евразийскую или даже глобальную) духовную цивилизацию, являющуюся альтернативой материалистической западной цивилизации. Если сузить понятие цивилизации до национально-государственного уровня, то опять получим тоталитарную мононациональную империю, от которой все бегут и никто в нее не просится. В таком случае для сохранения целостности государства надо будет полагаться лишь на образ «внешнего врага», силу и природные ресурсы, на которых нельзя долго продержаться.

Попыткой создания подобной цивилизации было образование Советского Союза, который противопоставил мировой буржуазии мировой пролетариат, не разделив ни того, ни другого на религии и нации. В принципе эта была гениальная идея, которая исходит из дуалистического принципа извечной борьбы добра и зла, света и тьмы. На пассионарном этапе этой борьбы она охватила миллионы умов и привела к созданию мировой социалистической системы, охватившей все континенты земного шара. Но материалистическое мировоззрение, отвергшее Бога, национальный нигилизм, исключивший многообразие проявлений человеческой природы, стремление нарушить баланс между светом и тьмой (добром и злом), установленный самим Богом до скончания света, привели к упадку пассионарной энергии «пролетариата» и вслед за этим разрушению коммунистической цивилизации, которую не могли спасти даже частокол баллистических ракет, способных многократно уничтожить мир. И вновь свет превратился в тьму, а добро в зло. И на этом фоне буржуазная цивилизация представилась светом в темном царстве, а зло предстало как всеобщее добро. Как только это совершилось, из «темного царства» и «империи зла» в мир «света и добра» потекли все братские народы: братья- славяне и единоверцы-православные, прибалты и кавказцы, европейцы и азиаты. Остались одни татары и угрофины, калмыки и чукчи- им некуда было идти. И вот после бития машут кулаками, да что из этого толку.

Сегодня Россия находится на перекрестке выбора одного из трех путей:

Первый путь- образование русского (национального) государства, ориентированного на интеграцию, а по сути, поглощению с Западом (с миром «куфра»). Проповедуют этот путь практически все российский средства массовой информации во главе с «Эхом Москвы», прозападное лобби властных структур, а также некоторая часть русских националистов-антиисламистов.

Второй путь- возрождение российской империи в качестве мировой сверхдержавы в противовес Америке. Сторонниками этого пути являются в основном национал-державники типа Проханова, Дугина, либерал-державники типа Жириновского и патриоты-державники типа Зюганова, а также силовики.

Третий путь- это создание мировой духовной цивилизации в союзе с со всеми истинными верующими, вырвавшимися из-под диктата церкви.

Запад выигрывает, в основном, тем, что формируется, прежде всего, как цивилизация, а не империя и, поэтому, всем беженцам дает «свободу» и дарит «демократию», а освободившимся народам «суверенитет» и «независимость». Вот и ждут оставшиеся в неволе, когда же развалится Россия, и они тоже получат дары цивилизации. Поэтому и слышать не хотят о российской (русской) цивилизации, так как Москва крутит ту же пластинку, со скрипом воспроизводящую надоевшую всем музыку Третьего Рима, византизма и православия, давно потерявшую свое сакральное звучание.

Поэтому мы видим спасение России и населяющих ее наций, а может всего человечества в создании мировой духовной цивилизации на примере западной модели (хотя бы Европейского Союза), но с обратным знаком. И когда народы увидят в ней истину и справедливость, а не очередной обман, саму потекут в ее объятия, установив этим самым божье равновесие мира.

Но если Москва, все же оставаясь на поле «куфра» и опираясь на византийскую церковь и концепцию «Третьего Рима», будет продолжать соперничать за мировое господство и продолжать свой антиисламский роман с Западом (Николай Мишин)27, то татары духовной ориентации, вместе с русскими идеологами и политологами подобного направления, пойдут на союз с исламским миром ради спасения России от варяжского ига, превратившего ее коренные народы в безмолвных рабов. Ибо Россия, отвергнув третий путь, непременно развалится или вымрет, уступив место однополярному миру, который, превратившись в «черную дыру», рано или поздно взорвется, породив множество новых народов, которые возможно положат начало к новому витку цивилизаций, где русским и татарам может не оказаться места.

К сожалению, пока понимание этой ситуации как со стороны русских, так и татар минимально. Первые одержимы манией величия, вторые охвачены синдромом безразличия, что не сулит ничего хорошего и тем и другим.

Как пишет Николай Мишин, рано или поздно Москве придется сформулировать свое отношение к исламистам. И здесь важно понять, что истинный мусульманин- это фундаменталист. И что Ислам не пугало для народов в 21-ом столетии, а религия центризма. Просвещенного центризма со всеми вытекающими из этого последствиями. Необходимо, чтобы диалог между мусульманами и христианами проходил без вмешательства «третьей силы», которая обладает опытом вселенских склок и интриг.

Причину же антиисламского романа с Западом Мишин видит в отсутствии стройной концепции российского федерализма. Какая должна быть эта концепция, мы изложили выше на базе национальной парадигмы. Она очень близка к сахаровской, в которой нет ни национализма, ни империализма.

Отвергать ее могут лишь люди, одержимые демоном безбожной власти.

Так что для русских и татар есть общая платформа диалога, которая при доброжелательном взаимоотношении может подвести нас к практической реализации концепции духовной цивилизации («муэмина»), находящейся в оппозиции к материалистической западной цивилизации («куфра»).

Следует подчеркнуть, абсолютной победы ни у кого нет, она только у Бога. Нам дан только “фуркан” (различение) между “муэминами” и “куфром”, судьба которых решится в “судный день”. Это путь пророков и праведников, по котоым мы должны следовать. Именно этот путь проповедовал я своим соплеменникам в течение тридцати лет, но был ими высмеян и оболган.

Муэмины едины не из принципа «дружить против кого- то» или ради «толерантности» (взаимной терпимости ради самосохранения), а исходя из единства духовного мировоззрения, независимо от религиозной традиции.

Именно этого не понимает или не хочет понять мир «куфра».


Основные принципы татарской национальной идеи

и национальной идентификации татар


Основные принципы татарской национальной идеи


Исходя из вышеизложенных принципов организации национальной жизни, татарскую национальную идею можно сформулировать так:

Татары формируются как нация муэминов (верующих), живущих по божьим законам, ведомые Аллахом (Тенгри) и представляют часть мировой духовной цивилизации во главе с Россией- Великого Иля.

Они готовы вступить в единый союз со всеми народами, выбравшими путь духовной цивилизации, указанный Аллахом (Богом) и отвергнувшими безбожный путь куфра, ведомым главным врагом человека Тагутом (Сатаной).


Основные параметры национальной идентификации татар


Национальная идентификации татар вытекает из их национальной идеи и определяется следующим цивилизационным потенциалом:

1. Этническая территория проживания («земля обетованная»)- границы волжско-булгарского государства (Золотой Орды, Идель-Уральского региона).

2. Центр национальной консолидации- Республика Татарстан.

3. Национальная религия- ислам.

4. Язык- татарский, на основе старотатарского языка с заимствованием современной терминологии из арабского, персидского, тюркских, славянских и латинских языков согласно лингвистическим нормам татарского языка.

5. Письменность- на основе арабской графики, легко переводимой на кириллицу, латиницу и другие графики с помощью компьютерного конвертора.

6. Система образования- национальная. Содержание- духовно-светская. Научная основа- креационное мировоззрение (теория творения).

7. Имена национальные- тюрко-мусльманские, без искажения.

8. Ономастика и топонимика на этнической территории проживания- тюрко-татарские, без искажения и извращения их этнического смысла.

9. Организация общественной жизни- на основе мусульманского права, исламской экономики, социальной доктрины ислама, национальных традиций.

10. Система национального управления- народовластие по вертикали: личность, семья, мехелле, джаамат, джиен, меджлис.


Программа татарского национального строительства


На основе татарского национального цивилизационного потенциала разрабатывается следующая программа национального строительства:

идеология (мировоззрение, акида);

политика (союзники, противники, стратегия, тактика, оценка событий);

религия (как вера, закон, церковь, клир);

право (мусульманское, национальное, светское, гурф);

экономика (исламская, национальная, светская);

социальная доктрина ислама и татарской нации;

социальная организация и национальное самоуправление (территориальное, экстерриториальное, мехелле, джамаат, джиен, меджлис);

национальный институт семьи; татарская наука и национальное образование; информация и татарская печать;

татарский язык, ономастика и письменность;

кодекс праведного татарина;

кодекс татаро-мусульманской семьи;

канун (основной закон) татарского народа;

постоянно действующий Татарский народный собор.


Основные принципы организации общественной жизни


Общинная жизнь, несмотря на все ее многообразие, основывается на божьей справедливости, являющейся интегратором всех житейских правил.

Отсюда вытекают следующие принципы организации общинной жизни:

- общество состоит из самостоятельных по отношению друг другу общин (мехелле), организованных по территориальным или экстерриториальным принципам. Они могут создавать родовые, этнические и религиозные общества (джамаат), формирующие свои национальные или государственные структуры, управляемые на основе установленных Богом законов и установок;

- все природные богатства, принадлежащие общине ни при каких условиях не могут отчуждаться от нее; прибыль (природная рента), получаемая от реализации природных ресурсов и продуктов их переработки в равных долях распределяется между членами общины и считается безвозмездным наделом (врожденной долей) от Бога для обеспечения земной жизни людей;

- в общине не действуют никакие насильственные действия со стороны внеобщинных организационных структур по отношению к общине и ее членов, в том числе упразднение общины и лишение ее ресурсов жизнеобеспечения, призыв на «обязательную» службу, обложение данью (налогами) и другими обязательствами принудительного характера;

- не признаются законы, постановления, указы, решения, принимаемые без учета интересов общины и противоречащие божьим законам и установкам;

- устанавливаются равноправные отношения между общинами, признающими Единого Творца и живущими Его законами независимо от вероисповедания, все божественные книги (Тора, Евангелие, Коран, Авеста, Веды и др.), являющиеся земными воплощениями Небесной Книги (Эхле Китап), а также всех пророков от Адама до Мухаммада.

- в общине устанавливаются пожертвования (закят) от приобретенного имущества в размере 2,5%, превышающего установленного прожиточного минимума (нисаб) в пользу бедных и 10% от доходов с земли или же иных текущих доходов (от заработной платы и т.п.) для общинных расходов (гошер). Другие формы сборов в общине не допускаются. Пожертвования не несут насильственный характер, но не выполнение этих условий влечет осуждение общины вплоть до временного или пожизненного изгнания из нее;

- каждый член общины удовлетворяет свои духовные и материальные потребности за счет свободного праведного нелецензированного труда. Всякие должности, титулы, звания, льготы, приобретенные вне общины или ей навязанные не могут стать основанием для получения дополнительных вознаграждений за счет общины. Руководящие должности внутри общины рассматриваются как почетные обязанности, а не как предмет улучшения своего материального положения или повышения своего социального статуса. Иждивенчество за счет средств общины считается греховным. Особому осуждению, вплоть до изгнания из общины подвергаются взяточники (в т.ч. взяткодатели), воры, содержатели игровых и публичных домов, питейных заведений, обманщики и ростовщики;

- внеобщинные и межобщинные экономические и хозяйственные отношения регулируются двухсторонними или многосторонними равноправными договорами-соглашениями независимо от формы организации общин. При этом особое значение придается уважительному отношению к традициям общинной жизни друг друга;

- каждый дееспособный, совершеннолетний (балигъ) мужчина должен быть собственником. Размер собственности должен быть достаточным для содержания самого себя, создания и содержания семьи (и находящихся в его иждивении) на уровне не ниже прожиточного минимума (нисаба). Отсутствие собственности делает его убогим (мескен), невозможность обеспечения на уровне нисаба– нищим (факир). Отсутствие или ограниченность собственности ограничивает человеческую свободу и загоняет его в рабство.

Значит, без веры нет справедливости, без справедливости нет веры.


Жизненность предлагаемой концепции


В качестве жизненности своей концепции приведу примеры духовного единства простых людей разных национальностей и разного вероисповедания.

Я родился и жил в татарской деревне (на юге Ульяновской области, недалеко от границы Саратовской области), расположенной в окружении русских, мордовских (мокшанских), чувашских деревень, расположенных вдоль небольших рек и объятиях крупных лесных массивов. В целом, быт людей, связанный с общей природой, мало отличалось друг от друга, если не считать внешнее проявление в общих ценностях своих этно-духовных традиций.

Мы жили как бы в своих общинах, соблюдая интересы других общин. Поощрялось знание языков, обрядов друг друга, иметь «ахиратов» (друзей загробной) жизни. Нам приходилось шагать пешком многие километры на большой базар, железнодорожную станцию или пристань. Проходили несколько деревень, где переночевали у «ахиратов», с которыми наши матери ночами вели беседы о жизненной доле на смешанных языках. Мы же мальчишки, обогретые и накормленные, засыпали на печках под их шепот.

Было время атеистические. Уцелевшие от погрома мечети и церкви находились в развалинах. Но религиозные обряды соблюдались. Особенно почитались у мусульман гаети (праздники) Рамазан и Курбан, а у православных - «кызыл йомырка» (красное яйцо, т.е., пасха). Нас мальчиков гоняли в соседние села с подарками для «ахиратов» и своих ровесников.

Вот сегодня весь мир «куфра» ополчился на «мусульманские платки», несущие «угрозу» западной цивилизации. А ведь даже в атеистические времена ни одна православная женщина не выходила на улицу без платка, считая это, по меньшей мере, не приличным. В связи с этим на голову приходит один случай. Однажды мы с матерью пошли на большой базар. Наш путь пролежал через русскую деревню Ивановка. Мать решила проведать свою «ахирэт». Она с радостью встретила нас, но тут же увидев меня, двенадцатилетнего подростка, вскрикнула: «О, господи, совсем опростоволосилась!» и побежала в переднюю, чтобы накинуть на голову платок. Это случай глубоко врезался в моей памяти. Во-первых, он вызвал у меня большое уважение к женщине, во-вторых, я впер-вые почувствовал себя мужчиной. А сегодня «цивилизованные» (а по сути не-вежственные) вожди «развитых» стран чуть ли не впадает в обморок, видя на голове мусульманской женщины белый платок. Мне кажется, что они боятся ее пуще ядерной бомбы. Это можно лишь назвать «цивилизованной» дикостью.

Так жили люди веками не только в Ульяновской области, но и в Татарстане, Башкортстане и в каждой российской глубинке.

Это и есть мир муэминов. В куфр они начали превращать нас «цивилизо-ванным» путем: через ложь, насилие, атеизм, церковь, средства массовой ин-формации. И вот эти «цари земные» (по Иисусу) вместе со служилой церковью (всех конфессий), разделив муэминов по различным признакам, призывают нас к национальному согласию, межрелигиозной терпимости и другим формам «то-лерантности», из чего стригут ренту для укрепления своей власти. И часто эф-фективными средствами этой «толерантности» являются ковровые бомбарди-ровки, борьба против «международного терроризма», «наведение конституции-онного порядка», «принуждение к миру» и к тому подобные средства из арсена-ла сатанизма. К ним можно прибавить и навязчивый синдром «белого платка».

Мир «куфра» даже не может представить себе, что божье законы не менее точны, чем математические, физические и биологические, более того, послед-ние являются производными первых. Это относится и к нравственным законам, изложенных в Коране, Библии, ведах и других священных писаниях. Если десять божьих заповедей говорит «не убий», значит нельзя убивать даже одного человека (что равносильно убийству всего человечества), не то, что уничтожать целые народы ни под какими предлогом, кроме четко прописанных Богом; если говорит «не прелюбодействуй», значит, не прелюбодействуй», как это делает президент США Билл Клинтон, усугубляя свою вину такими «смертными гре-хами», как «лжесвидетельство», «клятвопреступление» и т.д. Сегодня почти все «цари земные» Запада не стыдятся говорить о своих «гражданских браках» и «внебрачных детях». А вот президент Барака Обама призывает к единству го-мосексуалов и «натуралов», то есть «содомский грех» приравнивает законному браку. Так можно пройти по всем божьим заповедям, которых под предлогом «свободы слова», средства информации «куфра» превратили в посмешище.

Их позиция «верить или не верить - это личное дело каждого», очень близка позиции Обамы насчет равенства прав гомосексуалов и натуралов. Наверное, поэтому, на наших улицах свободным себя чувствует лишь «куфр».

Чтобы отличить муэмина и куфра хочу вновь обратиться к периоду своей деревенской жизни. С одной стороны нашей деревни были «так называемые «татарские», с другой стороны «мокшанские» леса. «Татарские» охранял Искандар абый, «мокшанские» - дед Тюров. Первый- мусульманин и татарин, второй- православный и мокша. Но охраняли леса они оба самоотверженно и строго. При них без разрешения нельзя было вырубить даже один сухостой. Подкупать их было невозможно. Леса были вековые, стоять могли тоже века.

Пришли другие времена. Рыночные. Рубили лес беспощадно и продавали черт знает куда. Рубили «мусульмане» и «православные», лучше чем атеисты. Раньше большинство домов имели соломенные крыши, но народ размножался. В каждом доме было по 7-10 детей. Сейчас дома покрыты железом. Но народ вымирает. Если раньше в первый класс набирали до 100 детей, то сейчас не на-бирается и 10. Пьют беспощадно, умирают дружно, русские, татары, мордва, мусульмане, христиане. Зато полная толерантность в беспутности и в грехе.

Правда, построили мечети, воздвигли церкви. Но туда почти никто не ходит. Нет веры- ни Богу, ни черту. Один наш поэт даже написал: «В мечетях, построенных ворами, шайтан читает намаз». Ибо вера это не только, даже не столько молитва, обряды и причащения, сколько сострадание, любовь к ближнему, социальная справедливость. Нет справедливости, нет и веры.

Все это результат превращения мира муэминов в мир кафиров.

И вот наши националы хотят иметь свою фатирку в мире куфра, которую называют татарским национальным государством со своим царем-кафиром.

Если в обществе доминирует куфр, то и его царь будет куфр. Для защиты его от муэминов нужно будет государство. В таком государстве для него нет ни единоверцев, ни единородцев, все иноверцы и инородцы (такова Россия).

Если в обществе доминируют муэмины, то и его царь будет муэмином. Тогда государство нужно будет для защиты общества муэминов. В таком государстве для него все единоверцы и единородцы, и нет иноверцев и инородев (Израиль царей Дауда и Сулеймана). Я за такое государство.

Но дело в том, что за всю историю России сознание людей формировалось под единственной парадигмой государственности, переросшей в имперскую парадигму и при этом практически отсутствовала национальная (этно-духовная) парадигма не только для инородцев, но и для самих русских.

осподствующие ассабии (по Ибн Хальдуну) защищают не интересы народа или целостность государства, а как хищники свою добычу, ради которой они будут платить любую цену («за ценой мы не постоим») за счет своих верноподданных рабов, кровь которых ценится не более чем водица. Один из «великих» полководцев Отечественной на услышанный упрек о неоправданно больших жертвах как-то ответил: «ничего, русские бабы вновь нарожают».

Но если государственная парадигма, как-то защищала национальную идентичность русских, то для «инородцев» оставался лишь хищническая парадигма ассимиляции. Ее достаточно прозрачно озвучил министр просвещения России Д. Толстой следующим образом: «конечной целью Российского государства должно быть безусловное обрусение инородцев». Естественно, такая политика не могла не породить парадигму татарской государственности, которая является прямым следствием парадигмы русской государственности. Именно по этой причине родился сионизм, ибо евреи окончательно потеряли веру в возможность сохранения своей национальной идентичности без возвращения на «землю обетованную» и создания на ней национального государства. Поэтому мы свою национальную парадигму противопоставляем вовсе не парадигме татарской государственности, а ее спекулятивной форме, под прикрытием которой реализуются корыстные цели ее «создателей» и разрушаются независимые национальные институты.

Татарская государственность- это не орудие угнетения одной социальной группой другой, не средство ассимиляции одной нации другой, не инструмент подавления одной религии другой, а один из бастионов защиты мировой духовной уммы от агрессивных притязаний мирового куфра.

Да, сегодня Россия является одной из провинций мирового куфра. Но это не значит, что ее надо разрушать только за то, что ей правит куфр под воздействием внешнего управления. Нельзя разрушать собственный дом только из-за того, что в нем хозяйничают грабители. Наша задача заключается в превращении России в часть мировой духовной цивилизации, где всем нациям и народам, всем конфессиям и верованиям будет свободно и вольготно. Но при условии отказа от признания церковных структур, заключивших дьявольский союз с безбожной властью. Обществом должны управлять верующие люди (муэмины), как коммунистическим обществом- коммунисты. И безо всякой иерархии церковного клира, партийной или клановой номенклатуры.

Коммунистический идеал общественного (народного) самоуправления- это не утопия, а божьий закон, извращенный номенклатурной богемой.

Это закон из утопии в реальность могут превратить только муэмины.









1 В качестве примера можно привести факт образования «независимых государств» типа Косово, Абхазия, Южная Осетия, как результат противоборства сверхдержав (США и России) за мировое господство или же появление других квазигосударств в результате распада Советского Союза вследствие его поражения в «холодной войне. Для правового обоснования их образования использовался принцип «права наций на самоопределение». А когда сверхдержавам это невыгодно, то используется принцип «нерушимости границ», например, по отношению Чечни, Кавказа, Татарстана, Курдистана, Тибета, уйгуров и т.д.

2 Абраров В.Н. Тайны исцеления. Россия. Внешнее управление. Ульяновск: Издательство «Корпорация технологий продвижения», 2006. - 560 с.

3 Превратившего истинное христианство в духовного приказчика империи– коммен. наш

4 Этно-духовную матрицу– коммен. наш

5 В то пору не было государственности в современном ее понимании, ее народу навязали варвары, «приглашенные на правление», разрушив народное самоуправление- коммен. наш

6 Речь идет не о государственности, а о вселенской умме, управляемой Богом- коммен. наш

7 Оставшихся у руля власти даже в период становления Московской Руси- коммен. наш

8 Большая советская энциклопедия

9 Там же

10 Русский- происходит от корня «рус», «рос», как назывались тогда скандинавские варяги (норманны). Завоеватели оставили свое название славянам в качестве этнического термина, как татары-завователи свое имя- волжско-уральским булгарам

11 На стыке континентов и цивилизаций. Составитель Муслимов И.Б. Инсан. 1996. С. 134

см. также Михаил Худяков. Очерки по истории Казанского ханства. Казань. 1990.

12 См. например, Коран. Сура Корова, 255 аят (Аятел Курси).

1313 Там же. С.134.


14 Гундарев И.А. Духовные причины демографических процессов.//Национальная идентичность России и демографический кризис. Материалы Всероссийской научной конференции (Москва, 20-21 октября 2006 г. Научный эксперт 2007, с. 44-53//.

15Наркас Мулладжанов. Последний хан Золотой Орды. Бишкек. 2005. 280 с. С.

16 В связи с этим важно понимать термин «татары» в смысле имперского народа и как этноним. Дело в том, что в результате татаро-монгольских завоеваний образовались две мировые империи- Великий иль, объединивший тюркские, восточно-славянские и угрофинские народы под общим названием татары и Великая китайская империя, объединившая ханьские и монгольские народы под общим названием китайцы. В последующем название «татары» закрепились только за казанскими и крымскими татарами, наиболее продолжительное время упорно противостоящими распаду татарской империи.

Аналогичным примером является закрепление общесемитского термина «иврим», которым назывались потомки Авраама (Ибрагима) за евреями (эллиническое искажение слова «иврим»), наиболее упорно противодействующими наступлению христианства и ислама.

17 Коран. Перевод смыслов В.Пороховой (5:48).

18 Карамзин Н. История Государства Российского». Гл.III. С.476.

19 На стыке континентов и цивилизаций. Составитель Муслимов И.Б. Инсан. 1996. –768 с.

см. также Михаил Худяков. Очерки по истории Казанского ханства. Казань. 1990.

20 Масгут Гайнетдин. Гасырлар авазы. Татарское книжное издательство. 2004. С. 25-26.

21 Кулшариф и его время. Казань. Татарское книжное издательство. 2005. С.7—8.

22 Хади Атласи. Себер тарихы. Соенбикэ. Казан ханлыгы. Таткнигоиздат. 1993.

23 Коран. Перевод смыслов и комментарии Валерии Пороховой. - 22:67.


24 Коран. Перевод смыслов и комментарии Валерии Пороховой. - 55:8.


25 Коран. Перевод смыслов и комментарии Валерии Пороховой. - 5:54.


26 Сулакшин С.С. Российский демографический кризис. От диагностики к преодолению. М., Научный эксперт, 2006. С. 9-10.

27 Иранский альманах, ООО ПАЛЕЯ- Мишин совместно с Палея-свет.